Вот некоторые вроде и по любви замуж вышли, а теперь письмами от любимого мужа печки топят.
Если человек разочек оступился, так его всю жизнь долбать будут!
А вдоль дороги — мертвые с косами стоять. И тишина…
Газеты надо читать! Иногда они сеют разумное, доброе, вечное!
Я ему говорю: гони должок. А он меня к самому Достоевскому посылает.
Да, будьте вы все свидетельницами, если кузнец достанет те самые черевички, которые носит царица, то вот мое слово — выйду за него замуж!
Бабуля! Закурить есть?
У меня один знакомый, тоже учёный… — у него три класса образования, так он десятку за полчаса так нарисует — не отличишь от настоящей!
А я никогда не отказываюсь! Мне в одном доме одеколона налили, так я выпила и спасибо сказала!
Те, которые плавать не умеют — те и не тонут, а тонут совсем другие.
Как немного нужно для счастья: сидеть уютно и тепло в таком вагоне, пить чай у лампы и беседовать о хорошем со случайным попутчиком, и уезжать навсегда, насовсем, чтобы не тянулась следом эта бессмысленная череда лет и поступков.
Может, меня даже… наградят. (со слезой в голосе) Посмертно!
Ну что, трактирная душа! Займемся развратом!
О, Джонни, я хочу, как в синематографе. Прошу тебя, сделай монтаж...
Я-то сначала, дура, ой, пожале-е-ела, а теперь нет, ни чё! Другую себе найдёт... раз научилси!
Иногда бывает, что хочется поплакать, но что же я буду реветь в одиночку? Это всё равно, что алкоголик, который пьёт в одиночку.
Зря Вы ввязались в драку, юноша! Свои собаки дерутся — чужая, не мешай.
Опять ты мне эту икру поставила! Не могу я её каждый день, проклятую, есть. Хоть бы хлеба достала…
Что, вас уже выпустили из сумасшедшего дома?
Э, нет, ребятки, что одеколон... Один дух и только. И шоколад тоже съест и забудет, одна изжога останется. Ты вот что, ты ей, Илюш, подари часы. Полезная вещь и механизм!