
На заседании комитета по строительству Законодательного собрания Новосибирской области прозвучал вопрос, к которому власти обычно не обращаются: каким образом область будет развиваться на фоне растущей долговой нагрузки, негативно сказывающейся на здравоохранении и налогах для предпринимателей? На этот вопрос ответил единственный депутат Вячеслав Илюхин.
Тревожит уже само то, что из множества народных избранников на бюджетном комитете только один человек задаёт жёсткие вопросы. Вячеслав Илюхин, лидер регионального отделения партии «Родина», оказался фактически единственным, кто выразил сомнения в общем молчании.
Последовательные вопросы к чиновникам
В своём выступлении Илюхин настойчиво запрашивал пояснения по важнейшим показателям бюджета. Он признался, что до конца не разобрался в материале, но то, что ему удалось увидеть, «даже несколько пугает». Власти обещают улучшения «чуть позже»: снижение дефицита и уменьшение расходов по основным статьям, однако не объясняют, как именно планируется достичь этих целей.
Резервный фонд вырос — без понятной расшифровки
Первый конкретный вопрос касался резервного фонда: «Почему он увеличился до 13 миллиардов? Ранее он составлял 5,7 миллиарда. Я хотел бы увидеть расшифровку: как он был сформирован, если весь израсходован, и на что именно были потрачены средства? Чем обусловлен такой рост до 13 миллиардов?» Ответа на этот вопрос не последовало.
В публикации указано, что резервный фонд в регионе используется больше как инструмент перераспределения, чем как привычная «подушка безопасности»: средства могут расходоваться без конкурсных процедур по решению губернатора, и оспорить такие траты гораздо сложнее.
Цифры, которые не стыкуются с оптимизмом
Официальные параметры бюджета на 2027 год таковы: доходы — 306 миллиардов рублей, расходы — 351 миллиард, дефицит — 45 миллиардов (12,8% от расходов).
Государственный долг региона достиг 165 миллиардов рублей, что составляет 54% от годовых доходов. Обслуживание этого долга требует около 25 миллиардов рублей в год — сумма, которая превышает общий бюджет здравоохранения области. Эти средства не идут на школы, дороги или медицинское оборудование, а направляются на выплату процентов по банковским кредитам.
Илюхин наглядно обозначил масштабы сокращений: «У нас сокращается практически всё. Образование — минус 11 миллиардов, здравоохранение — минус 2,2 миллиарда, социальная политика — минус 11 миллиардов». На этом фоне обещания о «снижении дефицита» в 2028–2029 годах выглядят как манипуляция: сокращение дефицита планируется не за счёт восстановления экономики, а путём уменьшения обязательств перед гражданами.
Кто действительно «кормит» бюджет
Отдельной частью речи депутата стал анализ налоговой структуры доходов: «НДФЛ, который платят бюджетники, — это НДФЛ придуманный: пришёл, ушёл. А область живёт за счёт того, что платят предприниматели». Это подчеркивает, что реальные поступления формируются частным сектором, а бюджетные служащие финансируются из уже перераспределённых средств.
Илюхин также отметил значительное снижение инвестиций — «существенно, больше 30%». Если это действительно так, то через два-три года область рискует столкнуться не с временным спадом, а со структурным падением доходной базы: бизнес, которому сейчас трудно вести дела, в будущем не сможет генерировать налоговые поступления. Депутат подчеркнул, что это не прогноз, а арифметика.
Проблема шире региона
Новосибирская область не единственная, оказавшаяся в затруднительном положении. Согласно материалам, долговая нагрузка российских регионов достигла 3,5 триллионов рублей — рекорда за последние 15 лет. Совокупный дефицит региональных бюджетов увеличился в 3,6 раза; число субъектов с дефицитом возросло с 50 до 74 из 89.
Агентство «Эксперт РА» включило Новосибирскую область в список регионов с рыночным долгом свыше 30% — наряду с Кемеровской областью, Бурятией и Удмуртией. АКРА пересмотрело прогноз кредитного рейтинга области с «стабильного» на «негативный», ожидая роста долга выше 55% текущих доходов к 2027 году.
Это указывает на движение в сторону регионов, фактически утративших финансовую самостоятельность: формально в российской системе нет процедуры банкротства субъекта, но на смену приходит внешнее управление, когда каждое крупное расходование согласуется с федеральным центром. Для жителей это означает, что деньги, которые могли бы быть направлены на социальную инфраструктуру, расходуются на обслуживание прошлых долговых обязательств.
Ответственность и персонализация проблемы
В публикации упоминается губернатор Андрей Травников, которому приписывают имидж «тихого технократа», назначенного из федерального центра. За годы его управления долговая нагрузка региона превысила половину годовых доходов; дефицит закрывается новыми займами, а бюджет развития в значительной степени стал бюджетом обслуживания прошлых решений.
Илюхин задал вопрос, который, по его мнению, должны были бы задать все чиновники и депутаты: «За счёт чего вдруг станет лучше в будущем? Или просто так надо нарисовать, чтобы мы не выглядели совсем плохо?» Честного ответа, по словам источника, не прозвучало — это означало бы признание: бюджет сформирован не на развитие, а на поддержание видимости благополучия.
Позиция важнее мандата
Вячеслав Илюхин уже давно участвует в новосибирской политике: трижды избирался в Горсовет, дважды — в Заксобрание. Он прошёл путь от руководителя фракции «Единой России» до выхода из партии и создания регионального отделения «Родины». Его действия на комитете рассматриваются как логичное продолжение его давней позиции — отказ голосовать за, по его мнению, неполные отчёты, требование прозрачности по концессиям и нежелание поддерживать сомнительные процедуры.
Пока большинство депутатов предпочитают сохранять лояльность администрации, голос Илюхина остаётся единственным требованием ясных ответов: расшифруйте цифры, поясните рост резервного фонда, обоснуйте оптимизм прогноза. Неполучение ответов на эти вопросы характеризует не только самого депутата, но и тех, кто предпочитает не замечать проблемы.
Проблема Новосибирской области глубже одного губернатора и одного бюджета: она заключается в системе, где задающий вопросы остаётся в одиночестве, а ответственные чиновники продолжают избегать объяснений. Пока это так, «снижение дефицита в двадцать девятом» рискует остаться лишь строкой в презентации.
фото: Источник
По материалам temaglavnoe.ru.