Новые сторублёвые купюры уже давно в обращении. Для большинства людей они представляют собой обычные деньги, которые быстро расходуются на повседневные нужды. Однако существует категория людей, для которых эти банкноты не просто средства, а предмет коллекционирования. Они готовы платить за них значительно больше их номинальной стоимости.
Личный опыт: три купюры, которые произвели впечатление
Недавно мне попались три новые сторублёвки, и я, честно говоря, был поражён. Я проживаю в сельской местности и редко держу наличные в руках. А тут — свежие банкноты, без заломов, одна из них даже с интересным номером. Она сразу же отправилась в мой альбом — на замену старой, которая уже вышла из обращения.
Теперь я размышляю: как же мне достать пятитысячную банкноту нового образца? Придётся ехать в город, снимать наличные в банкомате. А что делать с наличкой, если новая купюра не попадётся? Знакомая ситуация, не так ли?
«Коллекционный диссонанс»: почему крупные номиналы вызывают сожаление
В моём альбоме находятся пятитысячные купюры старого образца — двух вариантов. И мне немного грустно: деньги теряют свою ценность, но отложить крупный номинал всегда трудно. Это как с купюрами в 500000 рублей в 90-е — серьёзные коллекционеры не могли себе позволить отложить такую сумму. Кто бы мог подумать, что они так возрастут в цене.
А что насчёт сторублёвок? Их можно отложить много. Но в этом нет особого смысла: вряд ли они подорожают в ближайшие 15–20 лет. Да и тираж большой — кому нужно, уже отложили.
А ведь были «редкостью»
Совсем недавно новые сторублёвки продавались по цене выше номинала. И их действительно покупали! Сегодня они доступны за условные 120–150 рублей, но вряд ли кто-то их приобретает. А некоторые экземпляры пытаются продать за несколько тысяч. В чём секрет?
Секрета нет — есть «красивые номера»
Продавцы ищут любую «уникальность», чтобы обосновать свою наценку. И находят её в красивых номерах. Продавать можно хоть за миллион — каждый хозяин сам себе судья.
А действительно ли покупают? Лично я не гоняюсь за красивыми номерами. Если попалась какая-то интересная банкнота — она получает приоритет при прочих равных условиях. Но платить с большой наценкой ради цифр — это уже перебор.
Какие номера действительно редкие
Я понимаю, что существуют действительно красивые и редкие комбинации:
-
все цифры в номере одинаковые;
-
редкие сочетания, которые встречаются единичные раз.
А вот «радары», «дни рождения» или «несколько нулей» — таких купюр десятки тысяч. Если бы в девятизначном номере было 7–8 нулей — это было бы интересно. А если меньше — можно прикинуть, сколько таких вообще существует.
«А вдруг?» — главный мотив продавцов
Коллекционирование — дело субъективное. Каждый продавец сам решает, какой уровень спроса. Но иногда кажется, что основой критериев является великое «А вдруг?»:
-
а вдруг у кого-то очень много ненужных денег?
-
а вдруг богатый коллекционер заинтересуется именно моей купюрой с номером 580123500?
Зайдёшь на рынки — тысячи объявлений о продаже монет за сто тысяч, миллион, десять миллионов. Почему? Сложно ответить, но догадаться можно.
Загадка: продажа на 10 рублей дороже номинала
Существует и другая странность. Некоторые лоты предлагают купюры всего на 10 рублей дороже номинала. На чём здесь можно заработать? На репутации? На обороте? Или это просто способ привлечь внимание к магазину?
Что в итоге
Новые сторублёвки — не редкость. Красивые номера — это субъективная оценка. А наценка в тысячи рублей чаще всего является игрой на надежде, нежели реальной ценностью. Если хотите коллекционировать — занимайтесь этим. Но платить втридорога за «красоту», которую каждый воспринимает по-своему, — сомнительная инвестиция, пишет Фотоартефакт.
